February 10th, 2011

шапокляк

Quod licet Iovi


Уж сколько раз твердили миру, что не смеет-де переводчик допускать в переводе вольности, противный! Я, в общем, согласна, только хочу всякий раз знать, о ком именно речь. Есть, есть такие, кто, числясь в маститых, буквы английского алфавита в лицо и по имени плохо знает, G с J путает. И другие, у кого «Золотая ветвь» превращается в «Золотой сук», а ставший уже притчей во языцех соус носит гордое название «ворчестерширский», усеми буквами (отловлено тоже у «корифея»; редакторы рвут на себе волосы и посыпают главу пеплом). И третьи, которые… но все помнят историю с улыбкой Арагорна. Однако где-то внутри у меня сидело убеждение, что нельзя столь категорически воспрещать некоторую вольность изложения всем. И теперь у меня есть веский-превеский довод. Я именно что с упоением устроила себе чтение в параллель «Жалости» Тони Моррисон в оригинале и переводе. Ну что, милостивые государи и милостивые государыни… Снимаю шляпу перед Владимиром Борисовичем Бошняком. Тот случай, когда от перевода книга ВЫИГРАЛА. Юпитеру – можна!